История спасения ледокола

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЕ ВЕДОМОСТИ» 13.09.91 г.

 

«КРАСИН» ТЕРПИТ БЕДСТВИЕ

 

Текст сообщения, переданного 9 сентября по каналам ТАСС в ре­дакции газет страны, следует, на мой взгляд, воспроизвести полнос­тью. Это избавит нас от многих объяснений в дальнейшем. Да и вооб­ще: столь запутаны и столь болезненны события, о которых идет речь, что субъективное их изложение журналистом - как бы он ни стремил­ся к объективности и беспристрастности - представляется мне совер­шенно неуместным. Я буду цитировать документы. Снабжая их, прав­да, заголовками сам. И лишь иногда буду делать небольшие поясне­ния-связки.

Опровержение Аркадия Мелуа

Некоторые средства массовой информации сообщили о том, что легендарный ледокол «Красин», принимавший участие в

спасении челюскинцев, продан на металлолом одной из американских фирм. С просьбой подтвердить или опровергнуть это

корреспондент ТАСС Владимир Хрустов обратился в Международный фонд истории науки, которому в последнее время

принадлежало судно.

- Это сообщение - абсолютный вымысел, - сказал президент фон­да, доктор философских наук Аркадий Мелуа. - И чтобы до конца прояснить вопрос, я должен сказать следующее. За два года содер­жания «Красина» мы провели на судне значительный объем ремон- тно-восстановительных работ, полностью обеспечили снабжение его как плавающей единицы флота.

Это потребовало больших денежных средств. Скажем, если в 1989 году содержание судна обходилось примерно в 2 тысячи рублей в сутки, то в 1991 году эти затраты возросли до 5-7 тысяч рублей. Кроме того, появилась необходимость в дополнительном ремонте (около попумиллиона рублей).

Введенные с 1 июля 1991 года новые международные правила не позволяют «Красину» выйти в море без дооборудования, а это

обойдется в несколько десятков тысяч долларов. К тому же пришло время для капитального ремонта судна, а на это нужно не

менее 10 миллионов рублей.

Между тем ни бывший судовладелец уникального парохода «Севморгеология», ни Балтийское морское пароходство, ни Военно-Мор­ской Флот, ни какая-то другая морская организация не захотели ока­зать техническую и финансовую помощь «Красину».

Материальное положение Международного фонда истории науки стабильно, однако делать такие крупные безвозвратные инвестиции, каких требует «Красин», нам становится все труднее. В сложившейся ситуации потребовались новые неправительственные источники фи­нансирования для покрытия расходов на судно.

К середине 1991 года лишь одна организация предложила конк­ретную программу финансирования и ремонта «Красина» - совмес­тное предприятие «Техимэкс». Сегодня оно и является владельцем судна. Сразу же после получения его на свой баланс «Техимэкс» вы­полнил доковые обследования судна. Намечены дальнейшие ремон­тные работы на предприятиях страны и за рубежом. Достигнута так­же договоренность об эксплуатации «Красина» после ремонта.

(ТАСС)

Откуда у Мелуа ледокол?

Этот вопрос, конечно же, нуждается в разъяснении. Необходимую информацию можно почерпнуть из записки, направленной 17 апреля 1991 года Кабинету министров СССР тогда еще действовавшим Коми­тетом народного контроля СССР. Здесь же содержатся сведения и о том, как «Красин» использовался почти два года.

Проверкой установлено, что ледокол «Красин» по просьбе Ин­ститута истории естествознания и техники АН СССР (ИИЕТ) должен был быть передан на баланс Ленинградского отдела этого института. Однако 10 августа 1989 г. директор Ленинградского отдела ИИЕТ АН СССР т. Мелуа А.И., являющийся одновременно президентом Меж­дународного фонда истории науки, и т. Шимарев В.Н. - генеральный директор ПГО «Севморгеология» Мингео СССР - судовладельца «Красина», оформили акт о передаче научно-исследовательского судна «Красин» на баланс Международного фонда истории науки, а не отдела ИИЕТа.

Международный фонд истории науки был провозглашен в 1986 году, нигде не зарегистрирован и не имеет учредителей. Несмотря на это, по инициативе т. Мелуа А.И., Совет Министров СССР принял по­становление № 820 от 15 августа 1990г. «О деятельности на террито­рии СССР Международного фонда истории науки».

По нашему мнению, постановление было принято без достаточ­ной проверки статуса, состава и деятельности этого фонда.

Пунктом 7 указанного постановления принято к сведению, что на балансе фонда находится научно-исследовательское судно

ледокол  «Красин», используемое в качестве плавающего научного центра и музея, Министерству морского флота СССР

поручено совместно с судовладельцем — фондом и другими заинтересованными ведом­ствами разработать положение о

плавающем научном центре и суд- не-музее «Красин» и порядок его эксплуатации, включая стоянку в г. Ленинграде при условии

доступа  на борт посетителей, то есть поста­новлением подтверждено, что судовладельцем ледокола «Красин» является

Международный фонд истории науки.

Как показала проверка, фонд, и в частности лично т. Мелуа А.И., за полтора года не предпринял никаких мер, чтобы превратить корабль в действующий музей, а использовал его в коммерческих целях. Ле­докол совершил в 1990 году три заграничных коммерческих рейса с заходом в порты Балтийского и Северного морей.

Таким образом, получив судно под благовидным предлогом со­здания музея, фонд использовал его как плавающую единицу с це­лью извлечения нетрудовых доходов и осуществления коммерческих операций официальными и частными лицами, финансирующими плавание ледокола.

Комитет народного контроля СССР полагает, что легендарный ледокол «Красин» должен быть достоянием страны, а не собствен­ностью эфемерной, незарегистрированной неправительственной организации. В связи с этим просили бы Кабинет министров СССР рассмотреть вопрос о правомерности передачи «Красина» на ба­ланс Международного фонда истории науки.

Заместитель председателя

Комитета народного контроля

СССР Е. Варначев.

 

17 мая 1991 года Кабинет министров СССР издал распоряжение ряду министерств и ведомств заняться рассмотрением поставлен­ных КНК СССР вопросов.Но к тому моменту, когда, истек назначен­ный срок, грянули события совсем иного характера. Не стало ни КНК, ни Кабинета министров.

Но ровно за месяц до потрясений, не догадываясь, я полагаю, о них, Аркадий Иванович Мелуа застраховал себя от возможных непри­ятностей, связанных с изучением судьбы «Красина» в высоких ин­станциях. Он передал ледокол на баланс совместному советско-ав­стрийско-германскому предприятию «Техимэкс». Можно сказать и по-простому: продал. Поскольку «Техимэкс» обязался покрыть у быт ки Международного фонда истории науки, связанные с содержани­ем судна.

Что у «Техимэкса» в активе

В апреле нынешнего года «Техимэкс» купил у Акустического ин­ститута АН СССР два научно-исследовательских судна постройки 50- х

годов: теплоходы «Петр Лебедев» и «Сергей Вавилов». В мае оба судна были отправлены в Индию.  Из-за коммерческой неумелости

представителей СП по прибытии на место разразился скандал. Дело в том, что теплоходы были сначала проданы одной фирме, а

затем, из соображений выгоды, перепроданы другой. Начался судебный про­цесс. На суда был наложен арест, вследствие чего они

около полуто­ра месяцев простояли в ожидании в индийских водах. В середине августа один из теплоходов («Петр Лебедев») был

извлечен на берег для «разделки на иголки» (флотское выражение, означающее сдачу в металлолом). Участь второго аналогична - в

полном соответствии с характером заключенной «Техимэксом» сделки.

Стоит ли удивляться тому потоку обращений, который хлынул пос­ле появления рядом двух имен - «Красин» и «Техимэкс» - в самые

высокие инстанции: Президенту СССР, Президенту РСФСР, мэру Санкт-Петербурга, прокурорам СССР, РСФСР, города? Приведу

вы­держку из одного:

 

Проданное дельцам экспортно-импортной экономики СП «Техи­мэкс» судно срочно сменило название и получило разрешение на переход за границу. Вся логика действий нового судовладельца, на­правленность деятельности предприятия, опыт продажи им на раз­делку других судов показывает, что эти доморощенные коммерсанты видят в «Красине» не легендарное судно, а 7 тысяч тонн высококаче­ственной стали по ценам 150 долларов за тонну.

За перепродажей судна Международным фондом истории науки совместному предприятию «Техимэкс», за действиями по попытке продажи ледокола за рубеж видна неблаговидйая роль людей, не имеющих гражданской совести и элементарной чести.

Вице-президент Ленинградской Ассоциации советских поляр­ников,

почетный полярник Ю.М. Бабаев; зам. директора по проектированию судов ЦНИИ Морского

флота И.Ф. Марченко.

«Такая команда меня не устраивает»

О том, что именно говорит о своих планах на ледокол его новый владелец, речь пойдет ниже. А пока - о судьбе экипажа. Того самого, который, несмотря ни на что, сберегал «Красину» жизнь все после­дние годы. Беззаветно, в лучших флотских традициях.

11 сентября на борту ледокола состоялось общее собрание. По­мимо моряков присутствовали представители старого судовладель­ца (А.И. Мелуа) и нового - заместитель генерального директора «Те­химэкса» Александр Александрович Делицын. Я приведу дальше расшифровку звукозаписи, сделанной мною на собрании. К сожале­нию, не могу привести фамилии выступавших членов экипажа: они не представлялись, когда брали слово. Буду помечать их так: «голос». Но они ведь и не ищут популярности, в одном из своих обращений к властям они написали: «Да возвеличится Россия, да сгинут наши име­на!»

Итак, запись:

ГОЛОС: Александр Александрович, вы приступили к своим обя­занностям как судовладелец. Ваши дальнейшие планы волнуют эки­паж - о жизни судна.

ДЕЛИЦЫН: Скажите, пожалуйста, это просто любопытство или что?

ГОЛОС: Нет, это вопрос команды... О дальнейшей судьбе судна.

ДЕЛИЦЫН: Судя по той ситуации, которая сложилась здесь... я скажу, что такая команда меня не устраивает.

ГОЛОС: Понятно.

ДЕЛИЦЫН: Поэтому 15 сентября, в соответствии с вашими пре­жними трудовыми соглашениями, вы должны начать свою новую тру­довую деятельность'где-то в каких-то других местах. Но часть экипа­жа, я так вот прикинул, - мы можем заключить трудовое соглашение для перегона судна на загранбазу для ремонта... Кстати, Клайпеда - это тоже загранбаза.

И все. С командой разобрались. Как сказал Александр Александ­рович десятью минутами раньше, «Техимэкс» приобрел пароход, но не с командой в придачу.

«Где это зафиксировано, что он - историческая ценность?»

И все-таки надежда на то, что ледокол не пойдет «на иголки», есть. Во всяком случае, исходя из слов. Истинные свои цели «Техи- мэксу» легко скрывать, пользуясь термином «коммерческая тайна». Но вот только повод ли это для радости - не в металлолом?

Снова запись, сделанная на собрании:

ГОЛОС: О планах вы не сказали!

ГОЛОС: О будущем парохода, а не экипажа.

ГОЛОС: То есть исторической ценности нашей страны - вот что нас интересует.

ДЕЛИЦЫН: Ребята, это - громкая фраза. Что такое историческая ценность? Где это зафиксировано, что он - историческая ценность? У вас есть доска? Вы внесены в реестр исторических ценностей? У нас пол-Ленинграда такой исторической ценности, которую никто не соблюдает... Вам не сегодня, а надо было раньше доказать, собрать, организовать, войти в правительство и попросить, чтобы вы были внесены в реестр - в специальный реестр... Вами это не сделано. И никто не будет делать. Сейчас. Я вам точно говорю. И не сделаете вы. Вам только бы фраза - «историческая ценность»...

ГОЛОС: Вы ответьте на вопрос: какая дальнейшая судьба этого парохода?

ДЕЛИЦЫН: Пока мы имеем прогнок.. То есть, вернее, договор о том, что судно десять лет будет еще работать после переоборудова­ния.

ГОЛОС: С кем?                                                                                       **

ДЕЛИЦЫН: Совместная советско-американская компания, в ко­торую... Группа компаний, в которую мы тоже входим.

ГОЛОС: А профиль какой?

ДЕЛИЦЫН: Профиль совершенно не ледокольный. И не истори­ческий музей. Он будет работать как плавучая лаборатория - частич­но. И как мини-круизор для перевоза коммерческих, вот, богатых, скажем, любителей, там, природы, и прочее и прочее в районе арк­тических морей. Чтобы можно было окупить те затраты, которые сей­час будет вкладывать вот эта группа совместных компаний.

ГОЛОС: И потом он уже в Россию не вернется?

ДЕЛИЦЫН: Я сейчас не могу сказать, что будет через 10 лет.

ГОЛОС: Но вы же тут, до этого, на собрании сказали, что все это - продажа!

ДЕЛИЦЫН: Мы его сдаем в аренду. Вы спросили, что я имею в виду под арендой, и я вам объяснил, что аренд существует несколько.

ГОЛОС: Но в данном случае было сказано: «Это такой вид прода­жи». Это ваши слова.

ДЕЛИЦЫН: Я вам сказал: «И такой вид продажи существует».

(Шум).

ГОЛОС: Дальше Эрмитаж пойдет...

(Шум).                               

ДЕЛИЦЫН: Я вам точно скажу... Я не думаю, чтоб американцы согласились работать с таким экипажем...

Решение экипажа

До получения ответов на запросы в адреса Президентов СССР и РСФСР, Контрольной палаты СССР, Прокуратуры РСФСР, в Ленсо­вет,

в Верховный Совет РСФСР... воспрепятствовать уводу судна из порта Санкт-Петербург новым судовладельцем для передачи его

фирмам США. Борт судна не покидать. «Красин» является истори­ческим и культурным наследием, принадлежащим России. Экипаж

считает своим долгом сохранить судно действующим музеем и гордо­стью Российского флота. Экипаж выражает свою благодарность

всем приславшим телеграммы о поддержке в нашей борьбе.

Экипаж ледокола «Красин».

Вчера утром к судну пришли курсанты училища имени адмирала Макарова. Они готовы начать пикетирование. «Красин» стоит у при­чала напротив дома 33 по набережной Лейтенанта Шмидта.

Александр АФАНАСЬЕВ.